Кристофер Томпкинс. О происхождении виньясы.

19 января 2019 - Гомонова Марина
Кристофер Томпкинс. О происхождении виньясы.

Кристофер читает лекции по истории, философии и методам индийской йоги и тантрического шиваизма в американских университетах и центрах йоги. У него три диплома по религиоведению и санскриту, включая степень магистра из университетов Гарварда и Беркли. Благодаря энтузиазму и методичным исследованиям он смог приподнять завесу над истоками виньясы, о которых сейчас ведётся немало споров. Вот первый сенсационный рассказ для тех, кто всерьёз занимается йогой.

«Sutra Journal»: Почему вам захотелось изучать санскрит? Откуда взялся интерес к этой теме, точнее к кашмирскому шиваизму?
Кристофер Томпкинс: О йоге я узнал благодаря так называемой «крия-йоге» – учению Парамахамсы Йогананды, в которое я был посвящён следом за отцом. Я видел, как оно перевернуло его жизнь, и он стал выдающимся учителем. Мне повезло наблюдать до его смерти в 2003 году, как он именно благодаря йоге смог справиться с раком.
Это тонкое искусство принесло и мне, и моему отцу Рону яркие переживания. Состоит оно, в основном, из управления дыханием, визуализации и мудр, и всё сопровождается придающими дополнительную силу семенными мантрами (биджа), которые помогают убирать заторы из центрального канала тонкого тела.
Результаты были весьма ощутимы.


Так вот, как и Кришнамачарья, Йогананда постоянно заявлял, что учение основано на текстах, а именно «шастрах». Также он очень подробно описывал все тонкости системы и эффект, на который можно рассчитывать, если всё правильно выполнять. В какой-то степени мой отец, в частности, мог подтвердить, что это оказались не пустые слова.


Но гуру нас покинул, а большинство его последователей живут на Западе и не имеют никаких представлений о тех шастрах, в которых может быть описана крия-йога. Отец, помню, догадывался, что, даже усвоив всё, что ему передали, он не в полной мере постиг учение. Незадолго до смерти он попросил меня найти первоисточники, о которых говорил Йогананда: быть может, говорил он, где-то есть забытые, но не полностью утерянные шастры; если их найти, возможно, стоило бы вернуть к жизни заключённые в них драгоценные знания.


Но, даже если вдруг и повезёт что-то найти, до этого надо выучить санскрит, усвоить диалектные особенности , приспособиться к чтению рукописей и так далее. Я начал учить санскрит 17 лет назад в Гарварде, там же я впервые заинтересовался кашмирским шиваизмом – в основном меня притягивала философия недвойственности. Потом я пошёл в Калифорнийский университет в Беркли, там некоторое время учился у выдающегося профессора Сомадевы Васудевы, приехавшего на время из Оксфорда. Единственный из знакомых мне исследователей, он специализировался на йоге тантрического шиваизма. Познакомив меня с искусством филологии, он предоставил огромную коллекцию электронных текстов на санскрите, перепечатанных с рукописей несколькими поколениями учёных. И вот неожиданно у меня оказалась неимоверная база текстов, оснащённая поисковой системой «GREP» – бесценный инструмент для тех, кто занимается глубокими исследованиями в области литературы и имеет дело с рукописями.
Это было 8 лет тому назад.


С тех пор я, словно ребёнок в магазине конфет, копаюсь в постоянно растущей коллекции. Сейчас в ней больше 2000 электронных текстов с функцией поиска, а также тысячи отсканированных рукописей, добытых мной в Кашмире и других частях Индии, – частично мне в этом помогло йога-сообщество в США, которое финансировало подобные поездки.
Уже несколько лет, как, окружённый таким количеством текстов, я на санскрите читаю намного больше, чем по-английски. Временами я за этим занятием провожу больше 30 часов в неделю.

«Sutra Journal»: Не расскажете подробнее о том, что изучаете сейчас, в частности о недавно обнаруженных в Непале текстах с описанием виньяс? Где вы их нашли? Что это значит для тех, кто занимается йогой или преподаёт её?
Кристофер Томпкинс: Как индолога меня больше всего интересует филология – поистине наука находок. Надо сказать, в Европе индологи видят это лучше, чем здесь, в США. Постепенно я научился отыскивать учения о йоге, зачастую загадочные и разбросанные среди описаний тантрических ритуалов, и в них я нашёл то, что передалось Йогананде. Но для этого я не один год изучал всю огромную массу текстов. Я имею в виду все «божественные откровения»: тантры, агамы, или шастры – так их называли Йогананда и в особенности Кришнамачарья, когда речь шла о «божественных писаниях» шиваистской, буддийской (ваджраяна) и вайшнавской тантры. Два последних направления полностью основаны на предшествовавшем им шиваизме. А вся традиция целиком просуществовала примерно с V по XV век, то есть около тысячи лет.


Во всех тантрах нашлась одна новаторская йога садхана, причём она есть в каждой линии передачи, просто в разных учениях и текстах она обрастает множеством неповторимых мелких нюансов.
Эта садхана в тантрах обычно называется «последовательность» (виньяса) и состоит из ритуальных элементов («крама»), то есть методов йоги, которые надо применять в определённом порядке. А этот порядок часто обозначают термином «крама-виньяса».

Мало кто из учёных знает, что эта на удивление жизнеутверждающая «виньяса» преподносилась как ежедневный ритуал для семейных людей, а аскетам (санньясинам), наоборот, чуть ли не запрещалось ей заниматься. (Этой информации, например, вообще не было в музейном каталоге йога-выставки института Смитсонапару лет назад.) Ежедневный ритуал йоги, встречающийся во всех тантрах, ещё слабо изучен, что не так уж удивительно, ведь он был предназначен для гуру и посвящённых ими последователей (садхака), а не для широких масс.


Собрать воедино йога виньясу, описанную в текстах, – непростая и поначалу пугающая задача. Дело в том, что в тантрических текстах, в отличие от руководств по хатха-йоге, ежедневная садхана не приводится целиком, а разбросана среди рассуждений на другие темы. К тому же тантры в своём большинстве намного длиннее и сложнее, чем любой из более поздних первоисточников, написанных такими сиддхами тантры, как Матсьендра и Васиштха. Например, насколько я знаю, никто не обратил внимание, что в списке литературы из предисловия 1934 года к книге Кришнамачарьи «Йога макаранда» шесть из двадцати семи текстов – тантрические писания, а практически все остальные первоисточники содержат не больше двухсот строк.
Общая длина шести тантр Кришнамачарьи (к сожалению, их названия даны не совсем явно, чтобы скрыть их тантрическую сущность) – больше 55000 строк.


Из всего списка только в этих текстах есть «виньясы» для методов, которые приводятся в остальных источниках – о причинах я уже говорил .
Сейчас я использую термины «виньяса» и «крама» не просто в современном значении «последовательность поз», а в том широком смысле, в котором они встречаются в тантрах. Связанные движениями последовательности асан лишь входили в более общую виньясу тантрических ритуалов и сопровождали устоявшиеся методы йоги: мантры, пранаяму и визуализацию, – объединённые в поток. На них основывался ритуал, который должен был привести к освобождению.


А при ближайшем рассмотрении любой «крамы» из ежедневного ритуала (нитья-пуджи) видно, что в ней есть своего рода «виньясы внутри виньяс». Хороший пример – присущий всей тантре ритуал «прадакшина видхи» из начинавшихся на рассвете подготовительных утренних обрядов (адхиваша, упачара) большой ежедневной виньясы, которую выполняли все последователи тантры.


Это процедура («видхи»), в которой человек, посвящённый в учение, несколько раз обходит по кругу («прадакшина») специальную созданную для ритуалов мандалу, совершая тем самым «ятру» – паломничество. Ключевые положения соответствуют странам света – в этих точках нужно сделать виньясу под названием «намаскара» («поклонение»), и обычно это последовательность из двенадцати поз, в которую входят весьма своеобразные простирания. Они называются «аштанга пранама» или «аштанга намаскара» и отличаются тем, что восемь разных частей тела по очереди касаются земли. Здесь в виньясу входят не только движения тела, но и дыхание с мантрами, которые задают ритм последовательности поз. И так далее.


Конечно, именно здесь корни «сурья намаскар». Во всех тантрах этот ежедневный обряд объясняется немного по-разному, но я не видел ни одной тантры, в которой бы его не было. Более того, я покажу, что в некоторых современных школах йоги он сохранился практически таким же, каким был тысячу лет назад – по крайней мере, в том, что касается последовательности из двенадцати положений тела.
В написанных же после тантрического периода справочниках по «хатха-йоге», по сути, перечисляются методы, разбитые на категории, и практически все они взяты из тантрических ритуалов. Я не случайно назвал их «справочниками» – скоро вы увидите, что в них не содержится практически ничего оригинального.
Меня всегда поражает, насколько исследователи готовы ставить эти тексты в основу практически любого учения, и почти все заявляют об их тантрическом происхождении, часто предполагая, что многие методы, считающиеся пост-тантрическими, на самом деле происходят из самих тантр.


Здесь важно понять, что в этих текстах, написанных позже тантрического периода, вообще нет ритуала «виньясы» (она же «видхи крама»), столь необходимого для выполнения «обрядов» йоги. Иногда только это слово используется при описании входа в какую-либо позу. В любом случае скоро я покажу, что это лишь справочники, авторы которых пытались описать методы «хатха-йоги», исходно возникшие в тантре, использовавшиеся согласно её ритуалам и в её же учениях менялись со временем.


«Sutra Journal»: Стараниями некоторых учёных многие считают, что метод виньяс исторически ни на чём не основан, и Кришнамачарья, в целом, сам придумал все пять последовательностей аштанги, которые затем распространяли Паттабхи Джойс и другие учителя. Не расскажете подробнее о том, что изменилось благодаря вашим открытиям?
Кристофер Томпкинс: Пока что я не видел ни одной книги по истории йоги – это касается и недавно написанной статьи о йоге в энциклопедии BRILL, – в которой бы чётко говорилось о важнейшем месте йоги в тысячелетней традиции тантры. Как раз тантра в корне преобразила йогу и внесла в неё огромный вклад, включая новую для того времени иоснованную на «хатхе» идею, что можно составлять последовательности асан, причём не только в положении сидя. А западные исследователи это просто проигнорировали и предпочли обратиться к справочникам, уже не содержащим виньясы; а все методы, как я уже говорил, когда-то использовались именно в её рамках.


Почти все тексты по так называемой «хатха-йоге» – по сути, лишь справочники, репутация и достоверность которых основана на связи с каким-то тантрическим учением, то есть с «шастрами», вайшнавскими и шиваистскими «божественными откровениями». По сравнению с замысловатыми основанными на йоге тантрическими ритуалами они грубы и просты, но, несомненно, короче и легче читаются, чем тантры (если вас, конечно, устраивает список задач практически без каких-либо объяснений).


Причём многие тантры уже давно опубликованы и доступны всем желающим – в том числе те самые шесть шастр Кришнамачарьи (про которые я собираюсь прочитать курс лекций), принадлежащие «панча рантре», одной из линий вайшнавской тантры.
Вне всякого сомнения, именно из этих шести тантр (среди всех двадцати семи указанных источников) Кришнамачарья и попытался возродить неповторимую и, по большей части, утерянную «виньяса-краму». Конечно, в наше время термин «виньяса» сохранил только значение «последовательность асан».

Кришнамачарья подразумевал вовсе не это. Называя группы поз «виньясами», он одновременно имел в виду, что это мини-виньясы из последовательности обрядов, обычно сопровождавшихся мантрами. В его книгах (в особенности «Йога макаранде»), как видно при внимательном чтении, описание ритуала начинается с обряда (упасана) возложения (ньяса) мантр на ладони и тело. «Последовательность виньясы» в его терминологии – гармоничное сочетание мантр, асан, пранаямы и мудр, причём Кришнамачарья уточняет, что этот ритуал йоги возник ещё в старинных шастрах. Иначе говоря, для него слово «виньяса» значило больше, чем просто «последовательность асан».


Этот открывающий обряд у Кришнамачарьи связан с сочетанием асан и пранаямы, образующим так называемую виньясу внутри основного ритуала. В асанах ученик, по его словам, тоже должен чётко следовать виньясе. Если в двух словах, такое нововведение, как объединение асан в последовательности, стало широко использоваться к десятому веку, и с тех пор термин «виньяса» и приобрел второе, более узкое значение. При этом надо сказать, что в последовательностях каждой позе соответствовала предписанная пранаямой семенная мантра («биджа»).


Сейчас у меня есть десятки виньяс из асан, обнаруженные в неявном виде в разных тантрах – в частности, по вайшнавской линии и в тантрах учения каула. В курсе лекций я докажу, опираясь на тексты, что асаны исходно считались «тронами», на которых внутри мандалы восседали божества и сиддхи. Каждый день последователь ритуально обходил центр мандалы по кругу («прадакшина видхи») и совершал то, что мы сейчас называем «сурья намаскар». Теперь я точно выяснил, что это основополагающее упражнение действительно существовало. Да, речь идёт именно о приветствии в аштанге – последовательности из двенадцати поз, о которой и Марк Синглтон, и Норман Сьоман заявляют, что её в двадцатом веке придумали Кришнамачарья и прочие, к тому же много что позаимствовав из западной гимнастики. Оба исследователя отметают в сторону приведённый Кришнамачарьей список источников, так как они якобы не имеют никакого отношения к учению, которое он пытался возродить. Получается, чтобы иметь основания для таких высказываний, они собственнолично прочитали все шесть тантр, указанные Кришнамачарьей, то есть больше 55000 строк.
Разумеется, они всё это не читали.
С помощью сотен ещё не опубликованных тантрических текстов я опровергну теорию, что сурья намаскар и многие связанные с ним асаны придуманы недавно.


«Sutra Journal»: Какова роль колониальной точки зрения на йогу в западных научных кругах?
Кристофер Томпкинс: В «Йога макаранде» Кришнамачарья открытым текстом умоляет индийский народ, чтобы Западу не позволяли смешивать йогу с гимнастикой и борьбой, ведь это было бы искажением древнейшего драгоценного учения. Кроме того, он надеялся, что следующие поколения продолжат штудировать старинные тексты. У нас есть список его источников – конечно же, проигнорированный теми же западными учёными, которым удалось убедить большую часть йога-сообщества, что система виньяса-крамы Кришнамачарьи была во многом позаимствована из современной гимнастики и борьбы. Я же докажу, что, как и говорил Кришнамачарья, эта система описана во многих средневековых текстах.


Невозможно даже предположить, сколько тантрических писаний разбросано по всему полуострову и за его пределами. По меньшей мере, сотни тысяч – это в одних лишь индийских хранилищах. Огромное количество драгоценных рукописей можно найти в сараях, где их просто оставляют гнить, а ещё много текстов тайно вывезли из Индии – потом они на Западе попадали в университеты или пополняли частные коллекции.

Кришнамачарья завещал изучать первоисточники йоги и беречь их; сам он – живой пример такого кропотливого труда, при том что у него не было современного компьютерного оборудования. Иначе, предупреждал он, в опасности не только отдельно взятая традиция, но и целая культура.

 

Автор: Викрам Зучи

Источники:
http://www.sutrajournal.com/christopher-tompkins-on-the-origins-of-vinyasa
http://yogakatha.blogspot.com/2015/11/tompkins-vinyasa-origin.html

Рейтинг: 0 Голосов: 0 296 просмотров
Комментарии (0)

Нет комментариев. Ваш будет первым!